Полицейский раскрыл рот, он хотел что-то сказать, крикнуть, но звуки застыли в горле. Зачарованно глядя на оружие, он, казалось, не верил своим глазам. Нарушитель держал в руке обрез дробовика, ствол и ружейное ложе были так сильно укорочены, что оружие уместилось бы в дамской сумочке. Дуло поблескивало совсем близко от лица полицейского, почти на расстоянии вытянутой руки, он даже видел мелкие зазубрины, оставленные ножовкой на торце ствола. Он как-то жалобно взвизгнул и отскочил назад, потом в сторону, под прикрытие стоявшей рядом машины. Человек мельком посмотрел ему вслед. Оба преследователя тоже заметили полицейского и остановились как вкопанные, потом снова побежали. Пока полицейский кричал что-то в трубку радиотелефона и пытался достать свой револьвер, человек пробился сквозь толпу насмерть перепуганных зевак и исчез за входной дверью супермаркета.

Шумно, с присвистом дыша, он мчался по магазину, расталкивал покупателей, сбивал их с ног, сам несколько раз чуть не упал. Услышал за своей спиной возмущенные крики и оглянулся. Преследователи ворвались в магазин и сразу же попали в самую гущу созданного водителем столпотворения. Стиснув зубы, крепко сжимая в руке обрез, он несся как на крыльях. Распахнул дверь в дальнем конце магазина и оказался в лабиринте сводчатых галерей с маленькими магазинчиками. Он постоял несколько мгновений в нерешительности, пробормотал что-то себе под нос, повернул налево, побежал зигзагами по галереям, распахнул плечом стеклянную дверь и снова выскочил на тротуар. Там он повернул на юг, пробежал несколько метров под проливным дождем и влетел в другую дверь.

Устланный коврами вестибюль, по счастью, был пуст, прямо перед собой он увидел двери лифтов. Тяжело дыша, подбежал к ним, нажал на кнопку вызова. Подождал. То и дело он отрывал глаза от индикаторной панели и оглядывался на входную дверь.